Екатеринбурженка показала дом, ожидающий сноса семь лет

В Екатеринбурге до 2030 года планируется снести 178 аварийных жилых домов. Программа «Улучшение жилищных условий отдельных категорий граждан», запущенная в 2021 году, реализуется крайне медленно.

В последние годы процесс несколько активизировался благодаря включению некоторых объектов в программу реновации. Однако это касается в первую очередь домов в локациях, интересных для застройщиков. Чем дальше район, тем дольше жильцам приходится ждать расселения.

После публикации актуального списка зданий, предназначенных для сноса, история екатеринбурженки Марии привлекла внимание. Она проживала с семьёй в доме №29 на улице Ленина в посёлке Шабровский. Это здание было признано аварийным и подлежащим сносу ещё в ноябре 2019 года, но до сих пор не расселено.

«Наш дом попадает уже в третью такую программу, а расселить и снести так и не могут. Вы бы видели наши условия проживания, мы просто были вынуждены бежать оттуда в съемное жилье. Всё, что предлагают, — это ехать в маневренный фонд, в общаги на Уралмаше. Так и живем: администрация заявляет такое количество домов для расселения, что они отлично работают, а мы как жили с печкой в деревянном доме, так и вынуждены жить в таких условиях», — пожаловалась Мария.

Она занимала трёхкомнатную квартиру вместе с сестрой и матерью. В итоге всем пришлось переехать на съёмное жильё. Сама Мария перебралась в город, а её родственницы остались в посёлке.

«Я в 2022 году уехала, сестра в 2023-м, мама в конце 2024 года. Помимо всего этого, у сестры двое маленьких детей, мой муж является участником специальной военной операции, но и это никак не учитывается администрацией. Обращались во всевозможные органы государственной власти, но так и ожидаем расселения по сегодняшний день», — поделилась женщина.

В настоящее время в доме проживает только одна семья. Состояние здания плачевное: стены обваливаются, обои отходят, помещения промерзают.

Мария добавила, что водопровод в доме сделан «из квартиры в квартиру». Из-за этого, если соседи не живут и не топят печь, трубы перемерзают, и у оставшихся жильцов нет воды.